Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк (silent_gluk) wrote,
Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк
silent_gluk

Category:
  • Location:
  • Mood:
  • Music:

Бухнер и ПНВС. Часть 15.

Мы продолжаем. Напоминаю, что красным цветом выделены комментарии Э.Симона, зеленым - Д.Макарова.

Д.Макаров

Суета вокруг «Понедельника...»
Сравнительный анализ перевода Германна Бухнера ( Hermann Buchner )


Глава третья.

... Саваоф Баалович Один ....
... Sabaoth Baalowitsch I....
(Еще одна из гениальных находок г-на Бухнера. Но ведь он – славист, и вовсе не обязан знать поименно обитателей скандинавского пантеона. А так – даже как-то интересно получилось – Саваоф Баалович I (первый).)
[Ничего он не обязан. Библию он тоже не читал, хотя, скорее всего, католик. Иначе знал бы, что Саваоф по-немецки традиционно – не «Sabaoth», а «Zebaoth».]



... Некоторые неспособны вывести растительность на ушах. Другие владеют обобщенным законом Ломоносова-Лавуазье, но бессильны перед вторым принципом термодинамики. Третьи – их совсем немного – могут, скажем, останавливать время, но только в римановом пространстве и ненадолго.
(В переводе отсутствует.)

Кербер Псоевич Демин, товарищ завкадрами, был куратором нашей газеты,...
Kerber Demin, genannt Klaffer, war der Kurator unserer Zeitung,...
Кербер Демин, называемый шавкой, был куратором нашей газеты,...
[То же самое – и с греческой мифологией. «Кербера» по-немецки просто нет. Называется он по-немецки «Cerberus» (Церберус, латинский вариант), очень редко, в основном в научных трудах, встречается греческая форма «Керберос». «Кербера» же немецкий читатель просто не узнает. Как не понял и Б., о ком тут вообще речь.]

... – Завтра я улетаю в Сухуми. Павианов записывать. Выбегалло говорит, что надо вожака записать как самого ответственного... Сам он к вожаку подходить боится, потому что вожак ревнует. Пойдем, Саша, а?
... Morgen fliege ich nach Suchumi, die Sprache der Paviane aufzeichnen. Fur Vybegallo, na du verstehst schon. Also komm, Sascha, oder hast du keine Lust?
... – Завтра я улетаю в Сухуми. Язык павианов записывать. Для Выбегаллы, ты же понимаешь. Пойдем, Саша, или тебе не хочется?

« В месткоме занято, там прорабатывают Альфреда. За чай. А нас пустил к себе Роман.»
«А о чем писать надо? Опять про баню?»
«Про баню тоже есть. Про баню, про Лысую Гору. Хому Брута надо заклеймить.»
«Хома наш Брут – ужасный плут» - сказал я.
«И ты, Брут» - сказала Стеллочка.
«Это идея,» - сказал я. – «Это надо развить.»
„Roman Oira-Oira hat uns sein Labor zur Verfugung gestellt."
«Роман Ойра-Ойра предоставил нам свою лабораторию.»
(И все.)

В лаборатории Романа на столе была разложена газета – огромный девственно чистый лист ватмана. Рядом с нею среди баночек с гуашью, пульверизаторов и заметок лежал живописец и киномеханик Александр Дрозд с сигаретой на губе. Рубашечка у него, как всегда, была расстегнута, и виднелся выпуклый волосатый животик.
In Romans Labor befand sich bereits der Maler und Kinomechaniker Alexander Drosd. Er lummelte lussig zwischen allerlei Geratschaften mit seinem ewig halboffenen Hemd. An seiner Unterlippe hing eine Zigarette.
В Романовой лаборатории уже находился живописец и киномеханик Александр Дрозд. Он небрежно развалился среди всевозможных приспособлений в своей вечно наполовину расстегнутой рубахе. На нижней губе у него висела сигарета.

Гремела музыка – Саня крутил портативный приемник.
Aus seinem Kofferradio tonte ziemlich schlechte Unterhaltungsmusik.
Из портативного приемника доносилась довольно скверная популярная музыка.
(Как выяснилось после поиска в Интернете, г-н Бухнер – страстный музыкант и коллекционер старинных музыкальных инструментов. Посему такое вот однозначное отношение к популярной музыке.)

Заметок было немного. Была передовая «Навстречу празднику». ------------------------- На другой высмеивалась баня – был нарисован голый синий человек, застывающий под ледяным душем.
(Весь абзац в переводе отсутствует.)

«Ну и скучища! – сказал я. – А может, не надо стихов?»
„Ausgezeichnet. Was will man noch mehr", sagte ich. „Vielleicht brauchen wir gar keine Gedichte mehr."
«Здорово! Что вам еще надо. – сказал я. – Может, и не надо больше стихов.»

«А пусть Саня там чего-нибудь нарисует. Колосья какие-нибудь, расцветающие анютины глазки... А, Санька?»
„Soll halt Drosd irgend etwas dazumalen ... ein wogendes Kornfeld zum Beispiel, oder den Kater Wasilij auf Brautschau... Was meinst du, Drosd?"
«Значит, Дрозд там что-нибудь нарисовать должен. Колышущееся пшеничное поле, например, или кота Василия на кошачьей свадьбе... Что скажешь, Дрозд?»

«На фоне звездной ночи, - сказал Дрозд внушительно. – И ракету. И еще заголовки к статьям. А я не обедал еще. И не завтракал.»
„Hab sie nicht gezahlt", sagte Drosd ziemlich sauer. „Und ausserdem habe ich noch nicht Mittag gegessen. Und auch nicht gefruhstuckt."
«Я их не считал, - сказал Дрозд обиженно. – И кроме того, я еще не обедал. И не завтракал.»

Мы сели за отдельный столик и разложили перед собой карикатуры. Некоторое время мы смотрели на них в надежде, что нас осенит.----------- «Как тигра полосат,» - предложил Дрозд.
Wir plagten uns ziemlich lang herum und zerbissen in der ersten halben Stunde zwei Bleistifte. Aber schliesslich haben wir mit vereinten Kraften zwei Gedichte fertiggebracht. Eines uber die letzte Neujahrsnacht und eines uber die Lausbubereien unseres geschatztes Mitarbeiter Witka.
Мучились мы довольно долго и за первые полчаса сгрызли пару карандашей. Но в конце концов объединенными усилиями мы написали два стихотворения. Одно – о последней новогодней ночи, и другое – о выходках нашего уважаемого сотрудника Витьки.
(Вот так. Огромный кусок текста – больше трех страниц – заменяется двумя предложениями. Взятыми, к тому же, с потолка.)
[С плафона то есть.]

... Родной единокровный брат-близнец. Полным-полно попугаев, подумал я.
... Zu komisch, dachte ich. Anscheinend beginnen sich in der Gegend von Leningrad die Papageien auszubreiten ...
... Забавно, подумал. Кажется, в окрестностях Ленинграда начинают распространяться попугаи ...

Дрозд отмахнулся кисточкой.
«Еще долбанет, пожалуй,» – сказал он.
(В переводе отсутствует.)

А Эдик, не имевший к газете никакого отношения, прошел к шкафу и принялся с грохотом передвигать в нем разные приборы. Вдруг попугай заорал: «Овер-рсан! Овер-рсан!» - и все замерли.
Plotzlich legte Papagei los: „Diver-rsanten! Diver-rsanten!" Und allen blieb das Wort im Mund stecken.
Вдруг попугай заорал: «Дивер-рсанты! Дивер-рсанты!» У всех слова застряли в горле.
(Про Эдика – ни слова.)
[Зато – про диверсантов. И непонятно, почему – по политическим убеждениям доктора Бухнера ли, по глупости ли прирожденной или по избытку алкоголя. Скорее всего, он просто не знал, что такое оверсан. Это же – английское слово. Как мы убедились, Бухнер знает (выборочно) австрийский, баварский, швейцарский, заднегорнодолинский и, пожалуй, пару слов немецкого. Нельзя же требовать знание еще и других языков.]

Эдик Амперян пытался улизнуть с психоэлектрометром, но был схвачен, скручен и брошен на починку пульверизатора, необходимого для создания звездного неба. -------------------Володя Почкин, изрыгая проклятия, искал на машинке букву «Ц». Все шло нормально.
(Отрывок также не нашел себе места в переводе.)

«Нет, - сказал я. – Все-таки ноль шесть. Я помню, там такая закорючка была.»
«Закорючка, - сказал Почкин презрительно. – Ше Холмсы! Нэ Пинкертоны! Закон причинности им надоел...»
(Этот кусочек также отсутствует.)
Tags: Книги, Немецкий язык, Переводы, Стругацкие, Фантастика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 6 comments