Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк (silent_gluk) wrote,
Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк
silent_gluk

  • Location:
  • Mood:
  • Music:

Т.Сытина, "Конец Большого Юлиуса"

Краткое впечатление от книги: Ня! Кавай! (Видимо, количество прочитанных советских шпионских детективов перешло у глюка в качество восприятия).

Но это действительно так умилительно... Такого белого цвета я не видела даже у свежераспакованной пачки бумаги для принтера, а черному цвету черно завидует "Черный квадрат".

Кто бел, а кто черен - надеюсь, вы понимаете сами.

Но стиль!.. Эту книгу хочется цитировать страницами!.. От начала до конца!

Ну, ладно, сначала о сюжете. Есть некое историческое открытие - сделанное, естественно, советскими учеными: суть его "заключается в том, что, оказывается, на вирусную флору можно воздействовать энергией и вызвать ее распад". ("Если микробиолог-вирусник Пономарев и физик Коротков добились успеха, значит у смерти отрублена правая рука." Кто-нибудь, пните меня, чтобы я перестала цитировать...)

За открытием этим уже не охотятся западные спецслужбы. Да, вы правильно прочитали, не охотятся. Они решают проблему радикально: хотят уничтожить лабораторию и ученых: "Установки прежние, постарайтесь узнать все что можно о новой работе Пономарева и во что бы то ни стало уничтожьте его вместе со всей группой. В наше время нельзя уничтожить научное открытие, но задержать можно. Ваше дело - задержать." (это говорит шеф отправляемому агенту).

Ну и вот, что из этого получается... (как вы, наверное, уже догадались, у западных спецслужб не получается ничего).

Еще там есть... Как вы думаете, связь нацистов и американцев есть? Правильно, есть! Еще есть "открытые разведчики" ("В сером потертом костюме и запыленных ботинках он посещал лекции, научные демонстрации, выставки и часами терся в толпе, прислушиваясь к разговорам, улавливая отрывки, намеки, полуфразы. Вернувшись в посольство, он записывал их по памяти и просиживал потом иногда над записями до рассвета, докапываясь до смысла. Биллиджер ежедневно по нескольку часов работал в самых различных библиотеках, просматривая периодику, анализируя, репортерские заметки и научные статьи.
Когда плечи у него деревенели от перелистывания газетных комплектов, когда начинало тошнить от голода, он шел в буфет и там рядом с гостеприимными приветливыми людьми ел их хлеб и, беседуя, продолжал ворочать в мозгу очередную партию материала, собранного за утро, прикидывая, как бы ловчее навредить этим людям.")

Есть чекист, мечтающий вернуться к преподаванию в школе, есть "молодой чекист", "растущий над собой" (так что, можно сказать, что воспитательная тема тоже есть... и немало).

Раскаявшийся нацист (одна штука) тоже есть. То есть был ли он _нацистом_ - вопрос сложный. Работал на гилеровскую разведку - это да.

Страниц 10 мне казалось, что есть уникальное явление: пойманный молчащий шпион. Да, это было бы уникальное явление... Но увы. Он оказался а) не столько шпионом, сколько двойником ("Я только помогаю Большому Юлиусу, когда ему надо выиграть время или скрыться, он подставляет меня под удар, а сам продолжает выполнять задание"), б) не то чтобы молчаливым, ой не то!.. Хотя, конечно, до самого Юлиуса/Горелла (кстати, только мне при виде этой фамилии вспоминается Горелов из "Тайны двух океанов"?) ему исключительно далеко.

Но это все оберточка, очень красивая, но все же оберточка. А в чем же суть? А суть, как мне кажется, в следующем куске. (Да, книга издана в 1956, а есть, говорят, издание и 1955 года, написана, значит, еще раньше...)



"Заметив напряженную позу девушки, Смирнов невольно улыбнулся и сказал:
- Долго вы так не просидите! Устраивайтесь удобнее!
Девушка нахмурилась и не пошевельнулась,
- Вот что, - сказал Смирнов, закуривая, - так у нас с вами дело не пойдет, гражданка... - Он взглянул на фамилию, указанную в пропуске, - гражданка Прейс! Мы вас не звали. Вы пришли по доброй воле. Повидимому, вам надо посоветоваться с нами в каком-то трудном вопросе. Так?
Девушка молча наклонила голову. Пальцы ее резко теребили ремень сумочки.
- И позвольте вам заметить, - сказал Смирнов, - что вы напрасно любуетесь своим героизмом. Честность - это норма поведения советского человека!
Девушка взглянула на Смирнова, нижняя, яркая губа ее дрогнула, и неожиданно она слабо улыбнулась. Зубы у нее были крупные и чуть-чуть неправильные, с голубоватым отливом.
- Рад, что вы это понимаете! - улыбнулся в ответ Смирнов. - И стыдно трусить! Да, именно стыдно! Зачем вы допускаете, чтоб вами владел мелкий, обывательский страх?
- Я читала и слышала о преступлениях Берии, - сказала она, нерешительно глядя исподлобья на полковника. - Такие вещи нескоро забываются. Поэтому вы не должны строго судить, если я пришла к вам не с легким сердцем.
- Нет, извините! - сказал Смирнов и раскурил угасшую папиросу. - Я строго сужу. Ведь все это простые вопросы, в которых надо бы вам разобраться! И до Берии находились враги, пытавшиеся пробраться к сердцу страны через аппарат. В Германии до войны это удалось фашистам, так возник Гитлер. А вот у нас - и до и после войны - не выходит! Изо всех сил пробовали всякие негодяи, в том числе и Берия, но не получилось. Вам никогда не приходило в голову почему?
- Раньше нет, сейчас я об этом подумала! - сказала девушка и снова слабо улыбнулась. - Там, где много честных, хороших людей, горсточка мерзавцев не может победить... Да?
- У нас, в органах, люди обыкновенные! - ответил Смирнов. - Такие же, как во всей стране. Только спрашивают с нас больше, вот и вся разница. А теперь давайте говорить о вашем деле. О чем вы хотели посоветоваться?
- Сейчас я вам все расскажу! - сказала девушка облегченно. - Я давно хотела прийти, но меня останавливали все те вещи, о которых вы сказали и о которых я не умела думать...
- Не считали себя обязанной думать! - поправил Смирнов. - Уменья на это много не надо! Так я вас слушаю! Зовут меня Герасим Николаевич!"



То есть после всей этой истории с Берия (кстати, скажите мне раз и навсегда: его и подобные фамилии склоняются или нет?) с доверием к органам появились некоторые проблемы. И вот чтобы восстановить его (если оно раньше было, что тоже интересный вопрос) - и стали появляться такие книжки. Где чекисты не только собственно ловят шпионов (что им положено) и занимаются воспитанием смены (что хотя бы логично), но и заботятся о дальнейшей судьбе невиновных лиц, так или иначе попавших в поле их интереса: "Я тебе после суда напишу открытку и в ней скажу, куда обратиться"; "Младший лейтенант Соловьев! - продолжал полковник. - Вы отправитесь сейчас же к семье Окунева. Вы останетесь там до конца похорон и сделаете все, чтобы помочь Антонине Михайловне. Капитан Захаров! Подготовьте письмо в Совет Министров с ходатайством о назначении персональной пенсии семье Окунева..." (при этом Окунев - отнюдь не сотрудник спецслужб, он просто честный советский человек...).

Но и собственно советские люди - совсем не плохи. В этом плане особенно умилительны те сцены, где упоминается, что девочку, дочь одного из дипломатов-разведчиков, лечат в советской больнице, в то время как ее отец работает против СССР.

Ну а чтобы закрепить полученный результат, что надо сделать? Показать, что какими бы работники спецслужб ни были (хорошими, плохими... лучше, конечно, чтобы хорошими) - противники их настолько кошмарны, что ни один советский Берия не достигнет должного уровня кошмарности, даже если будет долго стараться (и даже если ему будут помогать).

Сначала покажем, как заблуждаются те, кто пренебрежительно относится к вопросам бдительности, потом расскажем про человеконенавистнические планы американцев, потом повторим парочку раз (все ужаснее и ужаснее), заодно упомянем о том, как плохо на Западе (см. ту историю британского ученого), а потом, что называется, "добьем". И заодно покажем, как хороши "наши".

"Мальчуган лет пяти показался на аллее. Босой, в серых штанишках, держащихся на одной помочи, он деловито трусил, размахивая большой консервной банкой на проволочной дужке. Он спешил по каким-то своим, важным делам.
- Эй! - лениво окликнул его Горелл.
Мальчик остановился и, не прерывая своего занятия, уставился на Горелла и Захарова.
- Хочешь конфету? - спросил Горелл и улыбнулся.
- Давай! - снисходительно согласился мальчуган, свернул с дорожки и затрусил к Гореллу.
Горелл шагнул навстречу ему, а когда они сблизились, он выбросил вперед ногу и носком ноги сильно ударил мальчика в бок. Загремела, откатываясь, банка. Мальчик не вскрикнул. Ошеломленный ударом, он лежал на спине, худенькая грудка его тяжело поднималась и опускалась, и с каждым вздохом кожа плотно обтягивала ребрышки.
Горелл оглянулся на Захарова и, не отрывая взгляда от лица капитана, шагнул к мальчугану.
- Назад! - резко сказал Захаров. - Не троньте ребенка!
Но Горелл вдруг утратил всякий интерес к мальчугану. Он повернулся к нему спиной и с новым выражением вглядывался в Захарова.
- Уходи! - сказал Захаров мальчугану. - Слышишь? Быстро!
Не проронив ни звука, мальчик перекатился на животик и на коленях и руках отполз в сторону. Потом с усилием поднялся на ноги и, придерживая руками бок, все так же молча заковылял по дорожке и вскоре скрылся за деревьями.
- Значит, ты ничего не знаешь? - усмехнулся Горелл в лицо Захарову.
Захаров молчал.
Он понял, что проиграл бой.
Вот оно, поражение! Случилось то, о чем он не думал всерьез! Не смел даже допустить мысли о поражении!
Что ж теперь? Как дальше быть?
И «купил»-то его Горелл старым способом, с целью провокации совершив гнусный поступок. На этом уже «горели» наши разведчики.
Нет, Захаров ничего не мог с собой поделать! Он не мог допустить, чтоб животное убило ребенка! И выдал себя!"

Такая вот история...

А, да, забыла сказать про финал. Нет, не про тот, где Горелл отчаянно пытается купить себе жизнь и доказать, что он еще может быть полезен и советской стороне (а чекисты демонстрируют высокоморальность и неподкупность... Я не имею в виду, что Горелл предлагал деньги). Кстати, помните, я регулярно сетовала на "чрезмерную разговорчивость" пойманных шпионов? Так вот, тут автор нам дает ответ, почему они такие. Причем дает его - как бы "от противного". "Знаете, мне приходилось бывать в опасных положениях. Что останавливало во мне самый сильный приступ страха? Простая мысль! Я выполняю задание Родины. Речь идет о вещах, настолько важных для народа, что моя личная судьба уже не имеет особого значения! Слишком велики события и серьезны обстоятельства, чтоб я возился с самим собою. Вот когда я думал так, страх проходил..." - говорит чекист. А что за шпионами? Задание Родины? Не смешите меня... Для большинства из них сообразить, какая страна сегодня для них Родина - и то нелегкая задача. "Важные для народа вещи?" Еще смешнее. Ну вот и результат...

А про самый-самый финал, когда герои узнают, что враги подбираются к базе новейших радиолокаторов. Вообще говоря, надо было бы процитировать тут весь финал - и параллельные ему эпизоды из начала. Это показывало бы тему раскрытия "воспитания смены". Но это очень удлинило бы пост - там по нескольку страниц...

Ах, как я хочу прочесть советский шпионский детектив, написанный между 9 мая 1945 и 5 марта 1946. И действие которого происходит именно тогда же... (Правда, не уверена, что такое есть в природе).
Tags: Детективы, История, Книги, СССР, Советская литература, Сытина, Цитаты, Шпионское
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 18 comments