Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк (silent_gluk) wrote,
Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк
silent_gluk

Category:
  • Location:
  • Mood:
  • Music:

Ф.Кривин, "Круги на песке"

В свое время я очень любила стихи, попадавшиеся иногда в прозаических книгах (именно так; "чистая поэзия" меня как-то не очень интересовала). Переписывала их и все такое. В те времена эта книга надолго осчастливила бы меня. Впрочем, мне с ней и сейчас очень даже хорошо. (И вам того же).

И знаете, что удивительно? Некоторые произведения из данного сборника уже попадались мне в других книгах Кривина. Правда, "записанные в строчку", но это частности. И большинство стихотворений _отличаются_ от своих "прозаических братьев". Иногда - одним-двумя словами, а иногда и очень значительно.

И "прозаические варианты" мне иногда нравятся больше. А иногда - они просто о разном.

PS. Ну, что бы привести для примера?..



Вот, например, изменение малое:

"Санчо Панса, трезвый человек, человек не сердца, а расчета, вот уже подряд который век ходит на могилу Дон-Кихота.
И уже не бредом, не игрой обернулись мельничные крылья... Старый рыцарь - это был герой. А сегодня он лежит в могиле.
Был старик до подвигов охоч, не в пример иным из молодежи. Он старался каждому помочь, а сегодня - кто ему поможет?
Снесены доспехи на чердак, замки перестроены в хоромы. Старый рыцарь был большой чудак, а сегодня - мыслят по-другому...
Видно, зря идальго прожил век, не стяжал он славы и почета...
Санчо Панса, трезвы человек, плачет на могиле Дон-Кихота."

и

"Санчо Панса, трезвый человек,
Человек не сердца, а расчета,
Вот уже подряд который век
Ходит на могилу Дон-Кихота.
И уже не бредом, не игрой
Обернулись мельничные крылья...
Старый рыцарь - это был герой.
А сегодня он лежит в могиле.
Был старик до подвигов охоч,
Не в пример иным из молодежи.
Он старался каждому помочь,
А сегодня - кто ему поможет?
Снесены доспехи на чердак,
Замки перестроены в хоромы.
Старый рыцарь был большой чудак,
А сегодня - мыслят по-другому.
Видно, зря идальго прожил век,
Не стяжал он славы и почета...
Санчо Панса, трезвый человек,
Ходит на могилу Дон-Кихота."


А вот изменение побольше:

"А Герострат не верил в чудеса. Он их считал опасною причудой. Великий храм сгорел за полчаса и от него осталась пепла груда.
Храм Артемиды. Небывалый храм по совершенству линий соразмерных. Его воздвигли смертные богам - и этим чудом превзошли бессмертных.
Но Герострат не верил в чудеса, он знал всему действительную цену. Он верил в то, что мог бы сделать сам.
А что он мог? Поджечь вот эти стены.
Не славолюбец, и не фантазер, а самый трезвый человек на свете - вот он стоит. И смотрит на костер, который в мире никому не светит."

и "А Герострат не верил в чудеса,
Он их считал опасною причудой.
Великий храм сгорел за полчаса,
И от него осталась пепла груда.

Храм Артемиды. Небывалый храм
По совершенству линий соразмерных.
Его воздвигли смертные богам
И этим чудом превзошли бессмертных.

Но Герострат не верил в чудеса,
Он знал всему действительную цену.
Он верил в то, что мог бы сделать сам.
А что он мог? Поджечь вот эти стены.

Его ругают уж который век
И называют извергом и зверем,
А он был заурядный человек,
Который просто в чудеса не верил."


А вот совсем большое - и два произведения, в общем, уже почти о разном:

"Не троньте, не троньте его кругов! Не троньте кругов Архимеда!..
Один из пришлых римлян-врагов с ученым вступает в беседу:
- К чему говорить о таком пустяке? - Легат вопрошает с улыбкой. - Ты строишь расчеты свои на песке, на почве, особенно зыбкой.
Сказал - и услышал ответ старика:
- Солдат, вы меня извините. Но мудрость жива и в зыбучих песках, а глупость - мертва и в граните.
- Ты, вижу, мастер красивых слов. - Легат завершил беседу. - Старик, я не трону твоих кругов.
Сказал - и убил Архимеда.
История мчится на всех парах, одни у нее заботы: уже архимеды горят на кострах, восходят на эшафоты...
Они, архимеды, кладут кирпичи, другим уступая победу...
И снова, как прежде, над миром звучит: НЕ ТРОНЬТЕ КРУГОВ АРХИМЕДА!"

и

"Не троньте, не троньте его кругов,
Не троньте кругов Архимеда!
- Кругов? -
Улыбнулся один из врагов.
Он мудрости этой не ведал.
Быть может, нужна эта мудрость другим,
Солдату ж она - обуза.
Ему приказал благородный Рим,
И он пришел в Сиракузы.
Он шел, пожиная плоды побед,
На зависть сынам и внукам.
И вдруг - незнакомый ему Архимед
С какой-то своей наукой.
- К чему говорить о таком пустяке? -
Спросил победитель с улыбкой. -
Ты строишь расчеты свои на песке,
На почве особенно зыбкой. -
Сказал - и услышал ответ старика:
- Солдат, вы меня извините,
Но мудрость жива и в зыбучих песках,
А глупость мертва и в граните. -
Солдат был к дискуссии не готов,
И он завершил беседу:
- Старик, я не трону твоих кругов. -
Сказал - и убил Архимеда.
И прочь пошагал - покорять города,
Себе пожелав удачи.
Кто жив, а кто мертв - он решил без труда,
Но время решило иначе.
Оно с недостойных срывает венец,
Другим присуждая победу.
И троям, и римам приходит конец,
Но живы круги Архимеда."
Tags: Книги, Кривин, Поэзия, Советская литература, Цитаты
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 18 comments